Меню Рубрики

Белый как снег лебедь с черным носом

Лебедь по своей величине, силе, красоте и величавой осанке давно и справедливо назван царем всей водяной, или водоплавающей, птицы. Белый, как снег, с блестящими, прозрачными небольшими глазами, с черным носом и черными лапами, с длинною, гибкою и красивою шеею, он невыразимо прекрасен, когда спокойно плывет между зеленых камышей по темно-синей, гладкой поверхности воды. Но и все его движения исполнены прелести: начнет ли он пить и, зачерпнув носом воды, поднимет голову вверх и вытянет шею; начнет ли купаться, нырять и плескаться своими могучими крыльями, далеко разбрасывая брызги воды, скатывающейся с его пушистого тела; начнет ли потом охорашиваться, легко и свободно закинув дугою назад свою белоснежную шею, поправляя и чистя носом на спине, боках и в хвосте смятые или замаранные перья; распустит ли крыло по воздуху, как будто длинный косой парус, и начнет также носом перебирать в нем каждое перо, проветривая и суша его на солнце, — все живописно и великолепно в нем.

Лебеди прилетают почти всегда попарно; появляются весной довольно рано, в начале апреля, когда по большей части все еще бывает покрыто снегом. Лебединых стай я не видывал: в тех местах Оренбургской губернии, где я постоянно охотился, лебеди бывают только пролетом, а постоянно не живут и детей не выводят, и для меня появление их не во время пролета было редкостью. Разве иногда нескольким холостым лебедям, шатающимся по большим прудам и озерам, понравится какое-нибудь привольное место у меня в соседстве, и они, если не будут отпуганы, прогостят на нем недели две или более. Я помню в молодости моей странный случай, как на наш большой камышистый пруд, середи уже жаркого лета, повадились ежедневно прилетать семеро лебедей; прилетали обыкновенно на закате солнца, ночевали и на другой день поутру, как только народ просыпался, начинал шуметь, ходить по плотине и ездить по дороге, лежащей вдоль пруда, — лебеди улетали. Откуда прилетали и куда улетали — не знаю. Так продолжалось около двух недель. Наконец, один старый охотник, зарядив свое дрянное, веревочкой связанное ружьишко за неимением свинцовой картечи железными жеребьями, то есть кусочками изрубленного железного прута, забрался в камыш прежде прилета лебедей и, стоя по пояс в воде, дождался, когда они подплыли к нему на несколько сажен, выстрелил и убил одного лебедя наповал. Разумеется, остальные сейчас улетели, но на другой день опять прилетели в урочный час, сели на середину пруда, поплавали, не приближаясь к опасному камышу, погоготали между собой, собрались в кучку, поднялись, улетели и не возвращались. Осеннего пролета лебедей я не замечал совсем. Многие охотники сказывали мне, что лебеди не только постоянно живут, но и выводят детей в разных уездах Оренбургской губернии и особенно по заливным, волжским озерам начиная от Царицына до Астрахани; что гнезда вьют они в густых камышах; что лебедь разделяет с лебедкою все попечения о детях, что молодых у них бывает только по два (а другие уверяют, будто по три и по четыре) и что по волжским рукавам, при впадении этой реки в море, лебеди живут несчетными стадами. Ничего этого не утверждаю, а за что купил, за то и продаю. Что касается до меня, то я каждый год видал по нескольку раз лебедей, по большей части в недосягаемой вышине пролетавших надо мною; видал их и плавающих по озерам, но всегда неожиданно и в таком расстоянии, что не только гусиною дробью, но и картечью стрелять было невозможно; а иногда и стрелял, но выстрел мой скорее мог назваться почетным салютом, чем нападением врага. Впрочем, один раз в моей жизни, когда я бродил по колени в разливе реки Бугуруслана, между частыми кустами, налетел на меня лебедь довольно близко; я ударил его обыкновенною утиною дробью: лебедь покачнулся, пошел книзу и улетел из виду. На другой день мордвин соседней деревушки нашел его мертвым за версту от того места, где я стрелял. Мясо его было так жестко, что, несмотря на предварительное двухдневное вымачиванье, его трудно было разжевать. Вкус походил на дикого гуся, но гусь гораздо мягче, сочнее и вкуснее. В зобу его не было рыбы и почти никакой пищи. Чем питаются лебеди, ничего сказать не могу, но, вероятно, одинаким кормом со всею водяною птицею.

Не понимаю, отчего лебедь считался в старину лакомым или почетным блюдом у наших великих князей и даже царей; вероятно, знали искусство делать его мясо мягким, а мысль, что лебедь служил только украшением стола, должна быть несправедлива. Лебедь живет в старинных наших песнях, очевидно сложенных на юге России, живет также до сих пор в народной речи, хотя там, где теперь обитает настоящая Русь, лебедь не мог войти ни в песню, ни в речь, — так мало знает и видит его народ. На юге, в Киеве, попал он в народные песни и на великокняжеские столы; его рушала, то есть разрезывала, сама великая княгиня, следовательно лебедя ели. Вероятно, оттуда, по преданию и старому обычаю, перебрался он на столы великих князей и царей московских и в народную современную речь, где слова лебедка и лебедушка остались навсегда выражением ласки и участия.

Про силу лебедя рассказывают чудеса: говорят, что он ударом крыла убивает до смерти собаку, если она приблизится к нему, легко раненному, или бросится на его детей. Мне даже называли охотника, которому лебедь переломил руку таким же ударом крыла. Судя по его величине, крепости и силе мускулов, толщине и жесткости костей и перьев, этим рассказам поверить можно. Пенья лебедей, разумеется, никто не слыхал, но зычный крик их и глухое гоготанье, весьма отличное от гусиного, слыхали все охотники, и в том числе я сам. Из всего сказанного мною о силе лебедей можно заключить, как они должны быть крепки к ружью. Где они постоянно водятся, там бьют их нулем, или безымянкой, и картечью, и то подкрадываясь поближе. Лебедей стреляют не для мяса, а для пуху, первоклассное достоинство которого известно всем.

Лебеди легко делаются ручными. Я сам видел их несколько годов сряду, живущих лето на отведенном им пруду, а зиму проводящих в теплой избе. Не могу только хорошенько сказать: маленькими или большими были они пойманы. Я слышал, что ручные лебеди выводят детей, как обыкновенные гуси, в избах и хлевах, но что для этого нужно достать сначала свежих лебединых яиц и подложить под гусыню. Высиженные ею лебедята вырастают в стае домашних гусей (первый год с подрезанными крыльями), делаются совершенно ручными и ведутся, как дворовые гуси.

источник

Лебедь — символ возрождения, чистоты, целомудрия, гордого одиночества, благородства, мудрости, пророческих способностей, поэзии и мужества, совершенства.

Лебедь по своей величине, силе, красоте и величавой осанке давно и справедливо назван царем всей водяной или водоплавающей птицы. Белый как снег, с блестящими, прозрачными глазами, с черным носом и черными лапами, с длинной, гибкой и красивой шеей, он невыразимо прекрасен, когда спокойно плавает между зеленых камышей, по темно-синей гладкой поверхности воды.

Читайте также:  Ингаляции при заложенности носа у детей небулайзером

Сочетая в себе две стихии: воздуха и воды, лебедь является птицей жизни, а олицетворяя закат дня — Солнцем. Он символизирует также одиночество и убежище и является птицей поэтов. Песня умирающего лебедя — это песня поэта, а его белизна — искренность.

Белый лебедь, лебедь чистый,
Сны твои всегда безмолвны,
Безмятежно-серебристый,
Ты скользишь, рождая волны.
Константин Бальмонт

Сквозь летние сумерки парка
По краю искусственных вод
Красавица, дева, дикарка –
Высокая лебедь плывёт…
Головка ее шелковиста,
И мантия снега белей,
И дивные два аметиста
Мерцают в глазницах у ней.
И светлое льется сиянье
Над белым изгибом спины.
И вся она как изваянье
Приподнятой к небу волны.

(Николай Заболотский)

Танец лебедей
На водной глади словно ветер
Кружит над птицами любовь
Их крылья словно белый веер
И ласка перьев глушит боль.
Забота,ласка,восхищенье
Большая гордость за любовь
Не мимолетнее виденье
И это чувство греет кровь.
Нам стоит многому учиться
У этих белых лебедей

Ни кто из них не усомнится
В той твердой верности своей!
Их выбор первый и последний
Умрет она,он вместе с ней
Не будет горьких сожалений
Накалоа бешеных страстей.
Учитесь люди,дорожите
Нам выбор дан всего лишь раз
Вы половинкой дорожите
Ее погубит ваш отказ.
(Евгений Карасев)





Прощальный крик последних журавлей
Услышала я на закате лета
И стали ночи чуточку длинней
О, как тянулось время до рассвета.

И в эту ночь, прощаясь навсегда
Два лебедя кружились над землею.
Они прощались с летом у пруда,
чтоб прилететь сюда опять весною.

Как не хотелось дом им покидать,
ведь здесь они друг друга полюбили.
Но в карй далекий надо улетать.
Они об этом тоже не забыли.

И с легким ветром в воздухе паря,
Как ночь и день, два лебедя кружились
Он говорил ей: Я люблю тебя.
Они в любви сегодня растворились.

Казалось, не нарушит здесь молчанье
ни пенье соловьев, ни плеск воды
Но даже в этом трепетном прощанье
Не избежали лебеди беды.

Один случайный выстрел ради славы,
Он лебедицу белую убил.
И полетела кубарем та в травы.
Охотник же про жертву и забыл.

Кружился черный лебедь над любимой.
И с ним, наверно, плакала земля.
И ради верности, в сердцах хранимой,
решил убить здесь лебедь и себя.

Он высоко поднялся к звездам ясным,
Сложил там крылья иметнулся вниз.
И даже не простился с солнцем ясным.
Убийство ради чувства — не каприз.

Два лебедя погибли у пруда.
Они не встретят нового рассвета,
Но верность их воспета на года.
Об их любви пусть знает вся планета.




Прощаюсь с лебедями до весны

Всё небо затянуло облаками,
Ветер разгулялся, как хмельной,
А волны заходили вдруг кругами
В мелководной заводи речной.

Стая лебедей жила там счастливо,
Лето проходило день за днём,
Но пришла пора, пора ненастная,
Стал холодным милый водоём.

В тёплый край собралась стая белая,
Пусть дорога будет им легка!
С домом расстаётся пара смелая,
Грустью их наполнены сердца.

Будь я птицей, с ними улетела бы
В те края, где вечное тепло!
О поступке я не пожалела бы,
Только людям это не дано.

Белого коснусь я оперения.
С птицей попрощаюсь до весны.
Сколько в них согласья и терпения!
Нам примером быть они должны!

источник

«Лебедь по своей величине, силе, красоте и величавой осанке давно и справедливо назван царем всей водяной или водоплавающей птицы. Белый как снег, с блестящими, прозрачными небольшими глазами, с черным носом и черными лапами, с длинной, гибкой и красивой шеей, он невыразимо прекрасен, когда спокойно плавает между зеленых камышей, по темно-синей гладкой поверхности воды. Но и все его движения исполнены прелести: начнет ли он пить и, зачерпнув носом воды, поднимет голову вверх и вытянет шею; начнет ли купаться, нырять и плескаться своими могучими крыльями, далеко разбрасывая брызги воды, скатывающиеся далеко с его пушистого тела; начнет ли потом охорашиваться, легко и свободно закинув дугою назад свою белоснежную шею, поправляя и чистя носом на спине, боках и на хвосте смятые или замаранные перья; распустит ли крыло по воздуху, как будто длинный косой парус, и начнет так же носом перебирать в нем каждое перо, проветривая и суша его на солнце, — все живописно и великолепно в нем». Так писал о лебеде русский писатель Сергей Тимофеевич Аксаков. Описывал он лебедя-шипуна. Самого, пожалуй, красивого из всех лебедей.
Не случайно в России издавна лебедь был символом красоты, вспомним хотя бы выражения: «лебединая шея», «плывет как лебедь», «белая лебедь» и так далее. Вспомним, сколько сказок и преданий связано с этими птицами. Очень уж любили и любят их в народе за удивительную красоту!
По образу жизни все лебеди сходны друг с другом. Отличаются один от другого размерами, окраской оперения, местами распространения.

Лебедь-кликун и лебедь-шипун — крупные птицы. Представители обоих этих видов — красивые, величественные, белоснежные птицы, прекрасные пловцы, отличные летуны. Отличить кликуна от шипуна трудно, но можно. Во-первых, по издаваемым звукам. Кликун издает громкие трубные, хорошо слышные на большие расстояния звуки. По ним стаю кликунов на пролете можно отличить от стаи шипунов. Шипуны на лету никогда не трубят. Зато они умеют шипеть, если чем-то раздражены. Из-за этого и получили свое название.
Есть еще признаки, по которым можно отличить кликуна от шипуна. Плавая, кликун всегда держит свою красивую длинную шею прямо, клюв горизонтально. У шипуна шея потолще, чем у кликуна, и лебедь этот часто изгибает ее, а клюв и голову держит более наклонно к воде. Если рассмотреть шипуна вблизи, можно заметить на лбу у него большой нарост. У кликуна такой «шишки» нет.
Лебедь-кликун гнездится в северной половине Евразии — от Исландии, Шотландии и Скандинавии на западе до Камчатки и Сахалина на востоке. Любит селиться на больших озерах, сильно заросших по берегам тростником и другой водной прибрежной растительностью. Иногда селится на морских побережьях, если там есть заросли тростника, чередующиеся с открытыми плесами; на заросших глухих лесных озерах. А если не тревожить его, может поселиться и на пруду вблизи человеческого жилья.
Область распространения лебедя-шипуна лежит южнее. Он встречается, хотя и очень редко, в средней и южной полосе Европы и Азии. Поселяются шипуны обычно на заросших водной растительностью лиманах, глухих озерах и даже на болотах.

И лебедь-кликун, и лебедь-шипун — перелетные птицы. К местам гнездования они прилетают ранней весной, прибывают парами, которые у лебедей сохраняются в течение многих лет жизни. Существует даже легенда о лебединой верности: если случайно погибает один из пары, другой лебедь, высоко поднявшись в небо, камнем падает вниз и разбивается о землю.
Вскоре после прилета каждая пара занимает довольно обширный участок, на котором устраивает гнездо — огромную кучу камыша, рогоза или другой растительности. Внутри все гнездо щедро устлано травами, мхом, мягким лебяжьим пухом. Пух сохраняет тепло даже тогда, когда насиживающая яйца самка бывает вынуждена покинуть гнездо.
Яиц в кладке обычно с полдюжины. Насиживает их всегда самка. Но лебедь-самец все время находится поблизости от нее, охраняя подругу, гнездо и всю занятую территорию.
Сорок дней насиживания требуется для того, чтобы на свет появились птенцы кликуна. Едва обсохнув, малыши уже способны самостоятельно добывать пропитание. В случае опасности родители спешат увести малышей в густые заросли, а сами улетают и не скоро возвращаются к месту, где их потревожили. Выводок держится вместе и после того, как птенцы научатся летать, и нередко в полном составе присоединяется к старым птицам, когда приходит пора лететь на зимовку в теплые страны. Зимуют лебеди в основном на Каспии, в Средней, Южной и Юго-Восточной Азии, в северном Средиземноморье.
Малыши питаются главным образом мелкими водными беспозвоночными, а взрослые лебеди подкрепляются и растительными кормами — корневищами водных растений, зелеными их частями. Пищу лебеди добывают со дна, окунаясь в воду вверх хвостами. Шеи у них длинные — удобно с такой шеей обследовать дно. Но только на мелководье. Поэтому на глубоких местах лебеди кормиться не могут.
Малый, или тундровый, лебедь похож на кликуна. Отличается от него лишь размерами (весит он не больше 5 — 6 килограммов) да звонким голосом. Водится, как можно догадаться по названию, в тундре — от Кольского полуострова на западе до дельты Колымы на востоке. Но встречается и в лесотундре и даже на западных островах Северного Ледовитого океана.
Излюбленные места поселения малого лебедя — заболоченные и низкие травянистые участки тундры, изобилующие озерами, и речные долины с многочисленными старицами и протоками. Как и все остальные, тундровые лебеди в местах гнездования появляются парами. Прилетают рано весной, когда еще снег только начинает таять в этих северных краях. Выбирают себе гнездовой участок, и самка тут же принимается строить гнездо. Устраивает его обычно на каком-нибудь сухом возвышении. И если у кликуна, помимо пуха, гнездо выстилается и сухими травами и мхом, то тундровый лебедь выстилает его только пухом и лишь иногда перьями. В кладке обычно 2—4 яйца. Насиживает яйца, как и у кликуна, только самка. Но насиживание длится меньше, чем у кликуна. Дней тридцать. Надо полагать, это связано с коротким летом в тундре — птенцы должны успеть подрасти и встать на крыло. Кстати, и это событие происходит гораздо скорее, чем у остальных лебедей. Всего сорок—сорок пять дней требуется птенцам малого лебедя для того, чтобы освоить искусство полета.
В отличие от кликуна, малый лебедь питается преимущественно растительной пищей. Ее он добывает не только в воде, но и на суше. Но при случае весьма охотно лакомится рыбой.
На малого лебедя очень похож американский — он только чуть крупнее тундрового и шея у него потоньше. Раньше он был широко распространен в тундре и лесотундре Северной Америки. Сейчас, как и остальные виды лебедей, стал редок. На территории нашей страны изредка встречается в районе Анадыря, на Командорских островах. Занесен в Красную книгу России.

Читайте также:  Ингарон капли в нос цена инструкция по применению

Крупные длинношеие птицы. Взрослые птицы белые, молодые — серые. Длина тела 140-160 см. Размах крыльев 200-260 см.

В России встречается по степным озерам. Распространен на восток до Тихого океана. В восточных регионах — перелетные, в Западной Европе — оседлые птицы.

Лебедь-шипун питается главным образом водными животными и водной растительностью. Пищу собирает как с поверхности воды, так и с глубины около одного метра. Лебеди-шипуны начинают размножаться в возрасте 3 — 4 лет. Часто птицы образуют пару на всю жизнь. Гнездо из водорослей или стеблей тростника шипуны обычно строят в зарослях на берегу. В апреле — мае самка откладывает 5 — 8 (до 11) яиц, которые сама насиживает. Самец охраняет гнездовой участок от соперников. О птенцах заботятся оба родителя 4 — 5 месяцев.
Излюбленный вид декоративной водной птицы — лебедь-шипун. Ведь именно он изгибает свою шею в виде буквы S, клюв и голову держит под наклоном к воде, а крылья несколько приподнимает. Не зря лебедь-шипун в Англии считается королевской птицей. Однако у этого лебедя есть один изъян — его голос. Он совсем не мелодичный, а низкий, хриплый и слегка дребезжащий. Будучи раздражённой, птица издаёт характерный шипящий звук, из-за которого этот вид и получил своё название.

Величиной, как лебедь-шипун. Клюв клиновидный, черный с желтым основанием. Шею держит прямо. Голос — трубный крик, громкий и чистый. И поэтому он зовётся лебедь-кликун.

Гнездится на озерах тундры и лесной зоны, на болотах и в устьях рек Северной Евразии.

К местам гнездования лебеди-кликуны прилетают в апреле-мае. Пары сохраняются долго. Гнездо строит самка. Оно представляет собой большую кучу тростника или морской травы. Может быть укрыто в камышах или располагаться открыто на берегу. Насиживает кладку самка. Птенцов водят и защищают оба родителя. В сентябре-октябре птицы улетают на зимовку. Лебеди-кликуны питаются главным образом мелкими водными животными и водной растительностью.

источник

Главная
Контакты

Н. Абрамцева
С. Артюшенко
Г.X. Андерсен
П.П. Бажов
Агния Барто
Е. Благинина
Т. Гарипова
В. Гауф
Братья Гримм
Э.Т.А. Гофман
П.П. Ершов
А. Линдгрен
С.Я. Маршак
А.А. Милн
С. Михалков
Николай Носов
В. Орлов
Шарль Перро
Б. Привалов
М. Пришвин
А.C. Пушкин
И. Соколов
Лев Толстой
К. Чуковский
А. Якимович
Архив

Русские сказки
Татарские сказки
Украинские сказки
Белорусские сказки
Македонские сказки
Французские сказки
Польские сказки
Боснийские сказки
Японские сказки
Корейские сказки
Индийские сказки
Сказки c востока
Сборник сказок 1
Сборник сказок 2
Былины
Архив

Детские фото
Детские песни #1
Детские песни #2
Детские песни #3
Детские песни #4

Лебедь по своей величине, силе, красоте и величавой осанке давно и справедливо назван царём всей водяной, или водоплавающей, птицы.

Белый как снег, с блестящими, прозрачными небольшими глазами, с чёрным носом и чёрными лапами, с длинною, гибкою и красивою шеею, он невыразимо прекрасен, когда спокойно плывёт между зелёных камышей по тёмно-синей гладкой поверхности воды.

Но и все его движения исполнены прелести: начнёт ли он пить и, зачерпнув носом воды, поднимет голову вверх и вытянет шею; начнёт ли купаться, далеко забрасывая брызги воды, скатывающейся с его пушистого тела; начнёт ли потом охорашиваться, легко и свободно закинув дугою назад свою белоснежную шею, поправляя и чистя носом на спине, боках и в хвосте смятые или замаранные перья; распустит ли крыло по воздуху, как будто длинный косой парус, и начнёт также носом перебирать в нём каждое перо, проветривая и суша его на солнце, — всё живописно и великолепно в нём.

источник

( Судя по описанию наружного вида, следует считать, что С. Т. Аксаков имел в виду лебедя-шипуна (Cygnus otor Gmel). Но слова «зычный крик их» дают основание предполагать, что С. Т. Аксаков слыхал голоса и лебедей-кликунов (Cygnus cygnus L.). (У шипуна голос менее звонок, чем у кликуна). С. Т. Аксаков не различал этих видов лебедей. Этим и объясняется его примечание в 3-м издании: «Лебедь и гусь очень всем известны, что считаем ненужными их политипажи». — С. К.)

Читайте также:  Ингарон цена капли в нос цена

Лебедь по своей величине, силе, красоте и величавой осанке давно и справедливо назван царем всей водяной, или водоплавающей птицы. Белый, как снег, с блестящими, прозрачными небольшими глазами, с черным носом и черными лапами, с длинною, гибкою и красивою шеею, он невыразимо прекрасен, когда спокойно плывет между зеленых камышей, по темно-синей, гладкой поверхности воды. Но и все его движения исполнены прелести: начнет ли он пить и, зачерпнув носом воды, поднимет голову вверх и вытянет шею; начнет ли купаться, нырять и плескаться своими могучими крыльями, далеко разбрасывая брызги воды, скатывающейся с его пушистого тела; начнет ли потом охорашиваться, легко и свободно закинув дугою назад свою белоснежную шею, поправляя и чистя носом на спине, боках и в хвосте, смятые или замаранные перья; распустит ли крыло по воздуху, как будто длинный косой парус, и начнет также носом перебирать в нем каждое перо, проветривая и суша его на солнце, — все живописно и великолепно в нем.


Лебедь-шипун

Лебеди прилетают почти всегда попарно; появляются весной довольно рано, в начале апреля, когда, по большей части, все еще бывает покрыто снегом. Лебединых стай я не видывал: в тех местах Оренбургской губернии, где я постоянно охотился, лебеди бывают только пролетом, а постоянно не живут и детей не выводят, и для меня появление их не во время пролета было редкостью. Разве иногда, нескольким холостым лебедям, шатающимся по большим прудам и озерам, понравится какое-нибудь привольное место у меня в соседстве, и они, если не будут отпуганы, прогостят на нем недели две или более. Я помню в молодости моей странный случай, как на наш большой камышистый пруд, среди уже жаркого лета, повадились ежедневно прилетать семеро лебедей: прилетали обыкновенно на закате солнца, ночевали и на другой день поутру, как только народ просыпался, начинал шуметь, ходить по плотине и ездить по дороге, лежащей вдоль пруда, — лебеди улетали. Откуда прилетали и куда улетали — не знаю. Так продолжалось около двух недель. Наконец один старый охотник, зарядив свое дрянное, веревочкой связанное ружьишко, за неимением свинцовой картечи, железными жеребьями, то есть кусочками изрубленного железного прута, забрался в камыш прежде прилета лебедей и, стоя по пояс в воде, дождался, когда они подплыли к нему на несколько сажен, выстрелил и убил одного лебедя наповал. Разумеется, остальные сейчас улетели, но на другой день опять прилетели в урочный час, сели на середину пруда, поплавали, не приближаясь к опасному камышу, погоготали между собой, собрались в кучку, поднялись, улетели и не возвращались. Осеннего пролета лебедей я не замечал совсем. Многие охотники сказывали мне, что лебеди не только постоянно живут, но и выводят детей в разных уездах Оренбургской губернии и особенно по заливным, волжским озерам, начиная от Царицына до Астрахани; что гнезда вьют они в густых камышах, что лебедь разделяет с лебедкою все попечения о детях, что молодых у них бывает только по два (а другие уверяют, будто по три и по четыре) и что по волжским рукавам, при впадении этой реки в море, лебеди живут несчетными стадами. Ничего этого не утверждаю, а за что купил, за то и продаю. Что касается до меня, то я каждый год видал по нескольку раз лебедей, по большей части, в недосягаемой вышине пролетавших надо мною; видал их и плавающих по озерам, но всегда неожиданно и в таком расстоянии, что не только гусиною дробью, но и картечью стрелять было невозможно; а иногда и стрелял, но выстрел мой скорее мог назваться почетным салютом, чем нападением врага. Впрочем, один раз в моей жизни, когда я бродил по колени в разливе реки Бугуруслана, между частыми кустами, налетел на меня лебедь довольно близко; я ударил его обыкновенного утиною дробью: лебедь покачнулся, пошел книзу и улетел из виду. На другой день мордвин соседней деревушки нашел его мертвым за версту от того места, где я стрелял. Мясо его было так жестко, что, несмотря на предварительное двухдневное вымачиванье, его трудно было разжевать. Вкус походил на дикого гуся, но гусь гораздо мягче, сочнее и вкуснее. В зобу его не было рыбы и почти никакой пищи. Чем питаются лебеди, ничего сказать не могу, но, вероятно, одинаковым кормом со всею водяною птицею.

Не понимаю, отчего лебедь считался в старину лакомым или почетным блюдом у наших великих князей и даже царей; вероятно, знали искусство делать его мясо мягким, а мысль, что лебедь служил только украшением стола, должна быть несправедлива. Лебедь живет в старинных наших песнях, очевидно, сложенных на юге России, живет также до сих пор в народной речи, хотя там, где теперь обитает настоящая Русь, — лебедь не мог войти ни в песню, ни в речь, — так мало знает и видит его народ. На юге, в Киеве, попал он в народные песни и на великокняжеские столы; его рушала, то есть разрезывала, сама великая княгиня, следовательно лебедя ели. Вероятно оттуда, по преданию и старому обычаю, перебрался он на столы великих князей и царей московских и в народную современную речь, где слова лебедка и лебедушка остались навсегда выражением ласки и участия.

Про силу лебедя рассказывают чудеса: говорят, что он ударом крыла убивает до смерти собаку, если она приблизится к нему, легко раненному, или бросится на его детей. Мне даже называли охотника, которому лебедь переломил руку таким же ударом крыла. Судя по его величине, крепости и силе мускулов, толщине и жесткости костей и перьев, этим рассказам поверить можно. Пенья лебедей, разумеется, никто не слыхал, но зычный крик их и глухое гоготанье, весьма отличное от гусиного, слыхали все охотники, и в том числе я сам. Из всего сказанного мною о силе лебедей можно заключить, как они должны быть крепки к ружью. Где они постоянно водятся, там бьют их нулем или безымянкой и картечью, и то подкрадываясь поближе. Лебедей стреляют не для мяса, а для пуха, первоклассное достоинство которого известно всем.

Лебеди легко делаются ручными. Я сам видел их несколько годов сряду, живущих лето на отведенном им пруду, а зиму проводящих в теплой избе. Не могу только хорошенько сказать: маленькими или большими были они пойманы. Я слышал, что ручные лебеди выводят детей, как обыкновенные гуси, в избах и хлевах, но что для этого нужно достать сначала свежих лебединых яиц и подложить под гусыню. Высиженные ею лебедята вырастают в стае домашних гусей (первый год с подрезанными крыльями), делаются совершенно ручными и ведутся как дворовые гуси.

источник